Информационные ресурсы «зеленой» экономики

25 Февраля 2013

Мы продолжаем публиковать в экспертной колонке отрывки из статьи Анны Игнатьевой «Зеленая экономика: практический
DSCN9532 вектор устойчивого развития или политический компромисс?» и посвящена актуальной для России теме.

Источник: Россия в окружающем мире: 2011. Устойчивое развитие: экология, политика, экономика (Аналитический ежегодник) / Отв. ред. Н.Н. Марфенин; под общей редакцией Н.Н. Марфенина, С.А. Степанова. – М.: Изд-во МНЭПУ, 2011. – 292 с.

Скачать и прочитать статью полностью

Информационные ресурсы «зеленой» экономики

Информационно-коммуникационные технологии (ИКТ) стали одной из самых быстрорастущих отраслей экономики в последние (особенно докризисные) годы, обеспечив 16% роста мирового ВВП с 2002 по 2007 г. Поэтому, с одной стороны, важной темой является «озеленение» самой отрасли. Так называемые «зеленые» ИКТ предлагают решения для использования компьютерных технологий и средств связи с наименьшим экологическим ущербом и максимальным положительным эффектом для окружающей среды, в том числе, за счет снижения удельного энергопотребления, обеспечения более длительного срока службы, возможностей вторичного использования и безопасной утилизации индивидуальных устройств и компонентов сетей, а также перехода на альтернативные источники энергии для обеспечения деятельности центров хранения и обработки данных и пр.
С другой стороны, этим потенциальный вклад ИКТ в «зеленую» экономику не ограничивается. Повсеместное использование цифровых технологий предоставляет уникальные возможности для «озеленения» экономики в целом.
Прямым эффектом развития ИКТ, который мы наблюдаем уже сегодня, является дематериализация (и миниатюризация) потребления, а также виртуализация многих видов деятельности через внедрение электронного документо оборота, развитие электронных СМИ и рынка электронных книг и музыки, расширение электронной коммерции и интернет-банкинга, использование электронной почты и видеоконференций для проведения деловых встреч, переход на удаленный режим работы и пр.

Эти тенденции сохранятся, однако еще более существенным может оказаться стимулирующий эффект ИКТ — повышение эффективности потребления энергии и ресурсов во всех других секторах за счет создания условий для интеллектуальной трансформации транспортной и энергетической инфраструктуры, оптимизации и автоматизации производственных циклов и строительства «умных» домов и офисов (табл. 1)2.

table

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

* Итого 7,8 млрд т CO2-эквивалента, по сравнению со сценарием «обычного» развития, где общий объем
выбросов к 2020 г. должен составить 51,9 млрд т CO2-эквивалента.
** Дематериализация охватывает все сектора, кроме энергетики.
*** Экономия площади, отводимой под склады, за счет сокращения наличных запасов.
**** Снижение энергопотребления домохозяйствами в результате изменения поведения.
Ис т о ч н и к: SMART 2020: Enabling the low carbon economy in the information age. A report by The Climate Group on behalf of the Global eSustainability Initiative (GeSI), 2008. P. 30. http://gesi.org/portfolio/report/69

По оценкам Климатической группы (The Climate Group), информационно-коммуникационные технологии (ИКТ) способны к 2020 г. снизить мировые выбросы углерода на 15% (7,8 млрд т CO2-эквивалента), а в денежном выражении – сэкономить 1015,8 млрд долл. США, в том числе 872,3 млрд долл. США за счет снижения потребления электроэнергии и топлива и 143,5 млрд долл. США за счет снижения эмиссии парниковых газов (при мировой цене 20 евро за тонну углерода). Такое снижение выбросов в экономике в целом более чем в пять раз превышает «углеродный след» самого сектора ИКТ [37, с. 51]. При этом единичные технологии, конечно, важны, но наиболее перспективным направлением являются комплексные технологические платформы, объединяющие различные подходы и инновации.
Наибольшего экологического эффекта от внедрения ИКТ следует ожидать в сфере развития интеллектуальных энергосетей (smart grid): по оценкам той же Климатической группы, к 2020 г. они могут снизить глобальные парниковые выбросы на 1,75 млрд т CO2-эквивалента. Основная идея интеллектуальных энергосетей (журнал The Economist ввел альтернативный термин — «энергетический интернет») — слияние информационных и энергетических технологий для оптимизации выработки, хранения, передачи, распределения и конечного потребления энергии. Одно из главных достоинств таких систем — возможность интеграции возобновляемых источников в общую схему распределения энергии. Подача электроэнергии от солнечных и ветровых установок осуществляется нецентрализованно и неравномерно, однако мониторинг с помощью «умных» устройств (интеллектуальных датчиков, счетчиков и пр.) позволяет корректировать потребление с помощью дифференцированных тарифов и регулировать нагрузку в различных сегментах сети в зависимости от наличия дополнительных объемов электроэнергии. Например, температура морозильной камеры может автоматически регулироваться в зависимости от наличия «дешевых электронов» в сети — повышаться во время пиковых нагрузок, снижаться во время низкого спроса на энергию в сети. Кроме того, у потребителей, имеющих собственные генерирующие установки, появляется возможность поставлять излишки электроэнергии в сеть и получать за это компенсацию.
Практическое воплощение этой идеи сопряжено с большими финансовыми и организационными издержками в традиционно неповоротливой сфере коммунальных услуг. На сегодняшний день по уровню инвестиций в развитие таких сетей первое место занимают США, однако ожидается, что с 2016 г. лидерство перейдет к Китаю. По прогнозам, к 2030 г. США потратит на развитие интеллектуальной энергетической инфраструктуры 60 млрд долл. США, а Китай — 99 млрд долл. США. Уже сейчас американские и европейские разработчики стандартов в области проектирования интеллектуальных счетчиков для поставщиков электроэнергии ориентируются в первую очередь на азиатский рынок. На самóм Западе осуществление пилотных проектов по созданию «интеллектуальных энергосетей» проходит не так уж гладко. Так, 1 ноября 2011 г. жители г. Боулдер (шт.Колорадо) проголосовали на референдуме за передачу местной энергосети в управление города, поскольку исполнитель проекта по внедрению технологии «smart grid» компания Xcel Energy не только значительно превысила бюджет проекта (более 44,8 млн вместо 15 млн долл. США), но и не сумела в полной мере задействовать существующие в городе мощности по выработке солнечной и ветровой энергии.
В условиях сохраняющейся экономической нестабильности на первый план вновь входит проблема рентабельности инновационных проектов. Для поддержки перехода бизнеса к «зеленым» стратегиям развития на фондовых биржах мира создаются специальные сектора для торговли финансовыми инструментами в области окружающей среды и энергетики — в виде электронных платформ для осуществления сделок (например, по торговле квотами на выбросы CO2). В одном только Китае существует несколько таких платформ: Китайская Пекинская биржа по экологическим сделкам (China Beijing Environment Exchange, CBEEX), Шанхайская биржа по экологическим и энергетическим сделкам (Shanghai Environment and Energy Exchange, SEEE) и Тяньцзиньская биржа по климатическим сделкам (Tianjin Climate Exchange, TCE) [18].
Благодаря современным средствам связи, в первую очередь, сети Интернет, открываются возможности для развития принципиально новых бизнес-стратегий, способных реализовывать принцип триединства показателей прибыльности, социальной и экологической ответственности (triple bottom line). Пример – так называемая mesh-модель, основанная на платформах совместного пользования, позволяющих отказываться от личной собственности на многие предметы потребления. Подсчитано, что за весь срок службы электродрели в одной семье она используется в течение всего лишь 15 минут, а остальное время — пылится в гараже или кладовке. Чтобы каждая дрель использовалась более эффективно, и чтобы сэкономить деньги и место для хранения в собственном доме (а также ресурсы и энергию на производство лишних инструментов), можно организовать прокат (лизинг) инструментов — при условии, что потенциальные пользователи имеют доступ к сети и могут в любое удобное для себя время позаимствовать его из общественной мастерской.
В г. Санта-Круз, шт. Калифорния, идеи экономики совместного пользования (sharing economy) вышли за пределы бизнес-среды и распространились на некоммерческую сферу. На сегодняшний день в городе действует несколько проектов, действующих по похожему принципу, в том числе инициативы по сбору излишков урожая с фруктовых деревьев в частных садах, ремонту и прокату велосипедов, прокату автомобилей (годовой взнос в размере 75 долл. США дает право на пользование любым из автомобилей с пометкой ZipCar1, припаркованных на специальных стоянках в разных частях города)3. Кроме того, становятся популярными различные курсы по овладению навыками рукоделия и ремонта одежды, а также ремонта и освоения компьютеров. Такие проекты — типичный пример инициативы снизу, «от корней», причем пользу от них могут получать наименее обеспеченные слои населения.

1 ZipCar — американская компания, предоставляющая услуги краткосрочной аренды автомобилей по принципу самообслуживания с почасовой оплатой. Компания была основана в 2000 г. в Кембридже, шт. Массачусетс. К концу 2010 г. ее автопарк составлял более 9 тыс. машин, с городскими стоянками в 28 штатах и округах США, а также в Великобритании. По оценкам фирмы, каждый коммунальный автомобиль заменяет собой 15 частных автомобилей. При этом 90% пользователей ZipCar проезжают ме- нее 9 тыс. км в год (для сравнения, средний американский автомобилист за год проезжает более 20 тыс. км), чем снижают годовое потребление нефти в стране на 32 млн галлонов (120 млн л) (данные фирмы ZipCar и Министерства транспорта США).

2 В докладе «SMART 2020...» данная таблица представлена в виде более наглядной цветной диаграммы 

3 http://news.santacruz.com/2011/06/22/the_santa_cruz_sharing_economy