Климатический кризис: четыре возможных сценария

06 Августа 2020

kokorin1То, что еще недавно называли «глобальным потеплением», сегодня переросло в «климатический кризис». Градус проблемы повышается – не только фигурально, но и буквально. Почему так происходит и куда «катится мир» рассказывает Алексей Кокорин, кандидат физико-математических наук, директор программы «Климат и энергетика» WWF России, Член Общественного совета при Федеральной службе по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды, лауреат Нобелевской премии мира (в составе Межправительственной группы экспертов по изменению климата – МГЭИК, IPCC).

– Как вы пришли к теме климата?

После школы в 1975 году я пошел на отделение геофизики физического факультета МГУ. А в 1972 году вышла книга академика Михаила Ивановича Будыко «Влияние человека на климат». Тогда это только начинало развиваться, и впервые было подсчитано, как изменится температура за следующие 50 лет. Подсчеты были сделаны очень точно и позволяли предсказать повышение концентрации углекислого газа (СО2) в атмосфере и рост температуры на один градус. И когда представилась возможность написать дипломную работу по газообмену СО2 на границе океана и атмосферы, я не задумываясь выбрал эту тему.

– О причинах изменения климата до сих пор спорят. Чем оно все-таки вызвано?

Каждые два месяца Росгидромет собирает данные о климате в бюллетень, а каждые 5-7 лет публикуются обстоятельные многотомные обзоры. И мнение у всех единое: в XXI веке подавляющее влияние на климат оказывает человек. На коротких промежутках времени ведущими могут быть естественные факторы: где-то солнечная активность, где-то вулканы. В отдельные десятилетия может наблюдаться похолодание, но XXI век в целом – это однозначное потепление.
Есть «климатические скептики», но им тоже можно объяснять, что происходит, используя научные данные. Иногда люди на уровне верований считают, что человек ничтожен перед природой, но наличие и потенциал термоядерной бомбы – самое грустное тому опровержение.

– Как человек влияет на климат?

Со второй половины XIX века человек «нагрел» Землю примерно на 1,5 градуса. Сейчас Земля отдает в космос настолько меньше излучения, чем получает от Солнца, что температура приземного слоя воздуха по всей планете стала выше, чем была полтора века назад. Океаны поглощают излишек тепла и тоже нагреваются. Это происходит потому, что человек усиливает парниковый эффект примерно на 5%. Три четверти приходится на СО2, одна четверть – на метан, совсем мало – на фреоны и некоторые другие газы. 80% углекислого газа дает традиционная энергетика, 20% – вырубки лесов. Треть метана приходится на молочное животноводство, треть – на рисовые поля (они затапливаются водой, кислорода не хватает, и происходит гниение – то есть разложение не до СО2, а до метана) и еще треть – на операции с углем, нефтью и газом.
С другой стороны, человек «охлаждает» Землю, «создавая» всевозможные аэрозольные частицы. При этом происходит аэрозольное воздействие на облака, и отражение солнечного излучения от облаков становится больше. Аэрозоли и сами отражают излучение. В сумме это дает примерно минус полградуса. То есть итоговый результат воздействия человека – плюс один градус или чуть больше.
Кроме главных факторов, есть и добавочные. Например, сажа поглощает солнечное излучение. Если сажа ложится на арктические снег и лед, это ускоряет их таяние. Следы от реактивных самолетов приводят к образованию облаков и потеплению. Тропосферный озон (не путайте с озоновыми дырами), который образуется при ярком солнце от выбросов автотранспорта, также способствует нагреву.

– Вы упомянули животноводство. Значит, веганство – это наиболее экологичный способ питания?

Да, это так. В 2019 году вышел доклад IPCC о землепользовании и деградации земель. В нем идет речь о самых разных эффектах. Среди прочего показано, что, если весь мир перейдет на веганскую диету, это сократит выбросы на 9 миллиардов тонн СО2-эквивалента в год (эффект от всех газов переведен в единицы тонн СО2). Сейчас антропогенные выбросы составляют 55 миллиардов тонн CO2-эквивалента в год. Львиную долю метана дает именно молочное животноводство, а не мясное. Иногда одна высокопродуктивная, специально выведенная корова производит столько же метана, сколько 1000 обычных коров, которые пасутся на склонах гор в бедных странах.

– Как вы думаете, человечеству грозит климатическая катастрофа или мы приспособимся ко всему?

Есть четыре сценария изменений климата в зависимости от количества выбросов парниковых газов в XXI веке. Самый лучший – это удержать уровень потепления в границах 1,5 градусов, но, увы, он самый нереальный. Самый худший – это потепление на 4-5 градусов. Климатологи в качестве «умеренного» сценария обычно используют 2,5. Сейчас человечество движется к 3,5 градусам. И это очень плохо для малых островных государств и наиболее уязвимых стран. Если вы житель островного государства Кирибати, то через 30-60 лет у вас будет катастрофа, потому что это государство уйдет под воду. Или если вы житель дельты Ганга, вас тоже не ждет ничего хорошего: шторма будут чаще, засоление почвы сильнее, и придется уезжать из родных мест и жить в картонных коробках где-то в бедняцких кварталах. Это сильно коснется еще как минимум 20, а то и 100 небольших и слабых государств, но и на нас отразится. Это уже будут вопросы не климатологии, а экономики.

– Страны-гиганты обращают на это внимание?

Обращают, но еще не понимают, что путь в 3,5 градуса к 2100 году – неприемлемый путь. Пока призывы Греты Тунберг для них – пустой звук. Нужно рассказывать и показывать, и что при потеплении на 2,5 градуса нам будет значительно лучше, чем при 3,5.
И все же знание пробивает себе дорогу. И в Россию пришло понимание того, что потепление для нас – не благо, а проблема. Что это не приятное равномерное потепление, а погода становится «нервной», постоянно меняется, растет количество опасных метеорологических явлений. Мы большая страна, и многим может показаться, что когда из-за засух будет сложно выращивать пшеницу в Нижнем Поволжье, мы будем выращивать ее в других местах. Такая логика работает, вероятно, во всех больших странах. Как-то на конференции ООН по климату китайцам сказали, что их Шанхай затопит. Ответ был очень показателен: «Китайцы очень трудолюбивые люди. Мы перенесем Шанхай вглубь континента. Шанхай не пропадет!». Но это было давно, лет 10 назад. Надеюсь, понимание того, что 3,5 градуса – это очень плохо, дошло и до Китая. Во всяком случае, мер по переходу на технологии с низкими выбросами СО2 там предпринимают много, много и лесов сажают.

– По-вашему, люди в нашей стране не начнут серьезно думать об альтернативных источниках энергии, пока у нас есть нефть, уголь и другие полезные ископаемые?

У нас есть регионы, где ветрено и солнечно: Ульяновская, Оренбургская, Астраханская области. Там подходящий климат, относительно дорогая электроэнергия, поэтому есть перспективы для развития ветряной и солнечной энергетики. Но у нас очень дешевую электроэнергию дают атомные и гидроэлектростанции, да и газ дешев, поэтому ВИЭ (возобновляемым источникам энергии – прим. ред.) соревноваться сложно. Пока нет сетевого паритета, это будет развиваться локально (сетевой паритет происходит, когда нормированная стоимость электроэнергии, получаемой с помощью альтернативных источников, меньше либо равна цене электричества из сети, добываемого традиционными станциями – прим. ред.) Китай паритета почти достиг. Достигли Марокко и Испания – там солнца много. А наше государство поддерживает ВИЭ, прежде всего, чтобы не допустить технологического отставания.

– О чем программа WWF «Климат и энергетика»?

Она состоит из трех частей. Первая – участие в наших природоохранных проектах. Иногда спрашивают, а могут ли животные в Арктике адаптироваться к изменению климата? Могут, но если мы защитим их на то время, пока они «сообразят». Поэтому надо убрать иные негативные факторы, в частности, браконьерство. Наши проекты по адаптации как раз на это и рассчитаны.
Второе – это продвижение климатических знаний. Это и образовательные проекты, и интервью в СМИ.
Третье – это энергетические и экономические вопросы, которые надо объяснять, продвигать, помогая молодому поколению в нашем правительстве. Позитивный пример – шерпа в Группе Двадцати (представитель России в «большой двадцатке», с 2013 г. это Светлана Лукаш – прим. ред.). Именно она, вместе с советником президента и министром экономики, внесла огромный вклад в ратификацию Россией Парижского соглашения по климату.

– Какие страны проводят правильную политику в этом вопросе? На чей опыт может опираться Россия, и что нужно делать в первую очередь?

Хорошо бы равняться на Норвегию, Финляндию, Швейцарию. Там у населения есть понимание, что путь в 3,5 градуса – это очень плохо для государства и народа. У них принято рачительное отношение ко всему, и это не означает нужду и голод. Ведь призыв к веганству – это не призыв к голоданию. Зачем нам есть больше мяса, чем ели наши предки? Чтобы страдать от повышенного холестерина? Или призыв есть местные продукты – это не национализм, если не сопровождается какими-то другими нехорошими лозунгами.

– Если бы у вас сейчас была безграничная власть в России, какое первое решение вы бы приняли в отношении климата?

Если бы я был Президентом России, то приказал бы первого сентября во всех школах провести урок «Изменение климата» по материалам Росгидромета. Министерство просвещения сопротивляется со странным упорством. Они, вероятно, не понимают, что включить вопросы физики изменения климата в курс физической географии – не то же самое, что внести изменения в учебник истории.

– Кто несет ответственность за климатический кризис – государство или люди?

Сейчас выбросы «принадлежат» тем, кто их произвел, а не тому, кто потребил конечный продукт. А вот представьте, что Вы покупаете товар, а на нем написано «цена включает плату за выброс парниковых газов столько-то рублей». Надо рублем объяснять. Когда поставили счетчики на воду, люди начали ее экономить. Бесплатный пакет и пакет за 5 рублей на кассе магазина – гигантская разница. Таким же образом можно доносить и проблему изменения климата.

Ксения Чаговец, Наталья Захарова

end


Могут ли действия одного человека позитивно влиять на глобальные процессы? Могут! Если действуют много людей!

Присоединяйтесь ко всероссийскому онлайн-флешмобу «Изменение климата. Что делать?». Узнайте, что можете сделать именно вы, чтобы снизить темпы климатических изменений и уменьшить масштаб их последствий.

Начать действовать.