О важности вегетарианства для экологии и сохранения Земли

30 Октября 2012

Первым делом необходимо оговорить, что тема настоящей статьи не касается этических сторон вегетарианства вроде timurнедопустимости убийства живых существ ради насыщения бренной плоти. В стороне останется и аспект влияния мясоедения на здоровье - об этом пусть спорят диетологи. Мы даже согласимся с теми аргументами, что человечество ест мясо и рыбу тысячи лет и считает его весьма вкусным. Так что единственное, чему посвящен данный текст, - это влияние современных методов животноводства и рыбного лова на экосистему Земли и перспективы человечества на выживание при сохранении нынешнего уровня потребления животных белков.

Как писал Герман Мелвилл, если сорок китобоев за сорок восемь месяцев плавания добывали сорок китов - это было очень неплохим результатом. При этом один достаточно крупный и агрессивный кит мог с легкостью разнести в щепки китобойное судно, как это и описал Мелвилл в романе "Моби Дик". Однако с изобретением Свеном Фойном автоматической гарпунной пушки шансы китов столь резко пошли на убыль, что до недавнего времени на китобойство был наложен мораторий (который, тем не менее, игнорировался Японией и рядом стран Скандинавии). Данный пример наглядно иллюстрирует основную проблему современного морского промысла: использование сейнеров, эхолокаторов и прочей передовой техники привело к исчерпанию многих видов рыбы в районах её традиционной добычи. Например, для восстановления популяции голубого тунца в Средиземном море и в Атлантическом океане придется потратить не менее 10-15 лет полного запрета на потребление этой вкусной и полезной рыбы. Готово ли человечество пойти на подобный шаг и ограничить свой рацион на столь долгий срок? Япония, на долю которой приходилось 80 процентов оборота голубого тунца, прямо сказала «нет» и заблокировала проект соответствующего моратория.

Многие национальные правительства подходят к проблеме столь же безответственно. Опасаясь кризиса отрасли и продовольственного рынка в целом, власти зачастую предпочитают продолжать дотировать отрасль, которая несет потери вследствие исчерпания сырьевой базы, что приводит лишь к увеличению промысловых мощностей и дальнейшему усугублению проблемы. С середины прошлого века вылов рыбы вырос более чем в пять раз, и настоящий момент три четверти всех промысловых запасов исчерпаны. Тем не менее, для пятой части населения земли рыба входит в основной пищевой рацион, поэтому снижение вылова рыбы требует компенсационных мер со стороны других отраслей пищевой экономики, чего многие правительства обеспечить не в состоянии.

С животноводством ситуация обстоит немногим лучше. Места массового промышленного выпаса скота уже полностью лишены растительности, что приводит в условиях невозможности миграции стад подобных размеров к необходимости прокорма крупного рогатого скота зерном и соевыми бобами. Фермерское хозяйство США, к примеру, способно обеспечить хлебом два миллиарда жителей Земли, однако большая часть урожая направляется на корм скоту для мяса, которое доступно только жителям благополучных стран.

Активный рост посевных площадей, в т.ч. в местах, совершенно неприспособленных для этого, что мы можем наблюдать на примере израильского сельскохозяйственного чуда, приводит к исчерпанию грунтовых вод и обмелению рек. Иордан из полноводной водной артерии региона превратился в грязный ручей; такие реки как Колорадо или Инд на протяжении нескольких месяцев в году не доходят до моря. В Индии более 30 процентов колодцев заброшены. Все это следствие того, что 70 процентов всей используемой воды идет на орошение. Выращивание одного килограмма картофеля требует ста литров воды, одного килограмма риса - четыре тысячи литров, а одного килограмма говядины - тринадцать тысяч литров! Не будем также забывать и о невозобновляемой нефти, которая требуется для того, чтобы выкачать и перевезти эту воду.

Снижение урожайности сельскохозяйственных угодий приводит, в свою очередь, к необходимости использования химических удобрений,дабы уменьшение продовольственного потенциала фермерских хозяйств не было чересчур катастрофическим. Кроме того, все большую силу набирает движение в защиту генно-модифицированных продуктов.

Обнищание пахотных земель и провал глобальной концепции превращения пустынь в цветущие сады приводит к необходимости вырубки лесов под сельскохозяйственные угодья. Функции лесов по регулированию климата, их способности по связыванию углекислого газа и сохранению биоразнообразия в лесных и прилегающих к ним районах при этом не учитываются. Естественно, когда речь идет о сохранении единственного источника продовольствия в бедных странах, трудно требовать от их жителей затягивать пояса ради общечеловеческого блага. Однакофакт остается фактом – ориентирование экономики на производство монокультур, направляемых на экспорт или находящихся в жесткой зависимости от постоянно растущего населения, приводит к негативным последствиям для всех жителей Земли. 

Означает ли все вышесказанное, что немедленное исключение из меню рыбы и мяса, как минимум на срок в несколько десятилетий, способно поправить ситуацию? Очевидно, нет. При сохранении уровня потребления, которое, к слову сказать, весьма избыточно, ибо ожирение и связанные ним болезни прочно заняли ведущие позиции человеческих хворей, по крайней мере в развитых странах, недостаток животного белка придется восполнить белком растительным. А это означает распашку новых земель, продолжение почвенной эрозии, снижения уровня грунтовых вод, обмеление рек и прочее. Да, мы уже говорили выше, что большая часть зерна и бобовых культур идет не в пищу, но инерция мировой экономики такова, что этот урожай не попадет на стол жителей рыболовецких районов, чтобы заменить им рыбу, причем по доступной для них цене. США не станет дешево кормить страны Юго-Восточной Азии взамен прекращения их нерационального водопользования рисовыми хозяйствами и прочее. Вспомним кризис перепроизводства и Великую Депрессию – продовольствие, как писал Стейнбек, проще было сжигать, чем допускать снижение цен на него.
В районах же традиционного животноводческого хозяйства, представляющие собой локально устойчивые экосистемы, например, на Кавказе, отказ от мяса и соответственно выпаса отар, приведет к нарушению складывавшегося сотни лет баланса и, в конечном итоге, также ухудшению состояния окружающей среды. Скорость роста и распространения растительных культур в местах традиционного выпаса различна, как и везде, впрочем. Однакофактор поедания, к примеру, овцами определенного количества травы, будучи стабильным на протяжении многих десятилетий, приводит к балансу между кормовыми сортами флоры и прочими растениями. Резкое исключение данного фактора, равно как и резкий рост поголовья, приведет к изменению балансу в ту или иную сторону. Для одних растений прохождение важным является прохождение их семян через овечьи желудки, для других существует опасность быть вытесненными из ареала более жизнеспособными видами, чего в настоящее время не происходит из-за постоянного поедания этих сорняков скотом.

Традиционный выпас в лесах коз на среднерусских равнинах вкупе с вырубкой сучков и сборе хвороста для отопления приводил к активному выеданию подлеска и коры у мелких деревьев, уничтожению сухостоя – в результате не было ни валежника, ни буреломов, ни масштабных лесных пожаров. Запасание же сена обеспечивало выкос травы, гниение которой в отсутствии этого процесса приводило к увеличению комаров и прочих насекомых. В настоящее время подобный метод ведения хозяйства уничтожен, со всеми вытекающими последствиями.

Поэтому как бы странно это ни звучало в данном контексте, если вам в Дагестане предлагают свежеприготовленный шашлык, то имеет смысл отведать его не только из уважения к законам гостеприимства, но и исходя из того, что традиционное животноводство – такая же неотъемлемая часть стабильной экосистемы.

Само собой, в условиях глобального мира долго подобная вольница не просуществует, и мясоедческие анклавы, ненадолго превратившись в гастрономическую Мекку, падут жертвой законов рынка, требующего мяса. Однако те же рыночные механизмы способны и сохранять природу: малые фермерские хозяйства, конкурентным преимуществом которых является сравнительная экологическая чистота продукции, способны заготавливать малые объемы мяса животных и птицы, и именно вследствие невозможности использования ими дорогих удобрений, систем сенокоса и орошения, достигается безвредность их деятельности для экосистемы. Государственный подход к стимулированию малого фермерства с одновременным препятствованием их укрупнению налоговыми и антимонопольными механизмами, а также протекционистские меры по защите национального рынка от более дешевых продуктов из других стран, позволит нам оставить в своем рационе и котлеты, и окорочка, без того, чтобы каждый обед не становился очередным гвоздем в крышку гроба экологии Земли. Ориентация общепита на национальную кухню способно привести к снижению нагрузки на районы популярных продуктов. Падение спроса на экзотическую пищу, например, суши, даст возможность населению этих мест производить продукты только для собственного обеспечения и развивать иные секторы экономики, в настоящее время не выдерживающие конкуренции с дешевым по себестоимости и потому привлекательным рынком безответственной добычи популярных продуктов питания.

А главное, что хотелось бы донести до читателя, - если вы едите, неважно что: мясо, рыбу или овощи в количестве, превышающем ваш вклад в возобновление этих ресурсов на планете, вы постепенно проедаете нашу Землю, и скоро нам всем придется грызть луну, потому что сыра может и не остаться.

Тимур Рахматуллин, публицист, аналитик Движения ЭКА, помощник депутата ГД РФ