Перелётная птица

03 Октября 2012

9559 pТрансконтинентальный полёт стерхов, ставших не так давно почти что национальным достоянием, стал возможен в том числе и благодаря сотрудникам Окского заповедника.
Одна из них — Галина Носаченко — перебралась в рязанские леса с Дальнего Востока. Почти восемь тысяч километров отделяет её от родного Благовещенска Амурской области. Здесь родилась, закончила Дальневосточный аграрный университет, отделение биологии и охотоведения, и приняла решение служить на благо журавлей, но уже в Мещёрском крае. В Окском биосферном заповеднике она значится как зверовод. В свои 26 лет девушка не замужем, но её запросто можно назвать добросовестным родителем — она успела вырастить и воспитать выводок стерхов и отправить этих редких краснокнижных птиц в «Полёт надежды». Месяц спустя «молодая мама» уже рассказывает школьникам как это было — 29 сентября в посёлке Брыкин бор отмечают Международный день журавля.

9559 p2

Но и в праздник для служителей заповедника форс-мажор никто не отменял. Галина вместе со своим руководителем заведующей питомником редких видов журавлей Татьяной Кашенцевой спешит на дальний кордон, где птенец серого журавля повредил крыло. Галина рассказывает, что периодически такое случается:
— Там открытый перелом кисти. Мы оказали ему первую помощь. Теперь с птенцом работают ветеринары. Он вполне активен, на данный момент ничего страшного.

 

— Галина, сегодня, понятно, и праздник, и к тому же непредвиденная ситуация. А как складывается твой обычный рабочий день?
— Когда занимались птенцами стерхов, то начинался он довольно рано. Начинаем кормить с шести утра, а нужно ещё и кормёжку приготовить. Кормим шесть раз в день, то есть до девяти вечера. Но это первые 45 дней, затем смотрим за их аппетитом. Плюс в течение дня прогулки три часа. В проекте «Полёт надежды» мы работали каждый день, без выходных. «Полёт надежды» — это мои первые птенцы. Дома мне не удалось пообщаться с настолько маленькими журавлятами, до этого я только со взрослыми имела дело. А вот вырастить от пуховичков и отправить в полёт… Мне повезло ещё и потому, что изолированный метод воспитания происходит не каждый год. Был перерыв с 2008 года, а в 2012-м «Полёт надежды» возобновили. Можно сказать, я туда случайно попала.

— Но здесь, наверное, не только везение, есть ещё и заслуга, ведь надо было ещё решиться уехать так далеко от дома.
— У меня всегда была мечта побывать в разных местах, причём не как турист, а именно пожить и поработать. Я — дальневосточник, и у нас лимитированы возможности путешествий. Местность обширная, инфраструктура — никакая, на запад ехать очень дорого. В Амурской области представлены все семь видов журавлей, для зоологов это уникальное место, но там сложно и экономически, и социально. В Окский биосферный заповедник попала в 2008 году в журавлиную компанию — это рабочая группа по изучению журавлей Евразии. Через неё познакомилась с питомником, с сотрудниками, с заведующей Татьяной Кашенцевой. В 2009 году приехала на стажировку на десять дней. Интерес попробовать что-то новое переборол страх, и я попросилась сюда. С 2011 года я здесь.

— Можно сказать, что работаешь по специальности?
— Я бы даже не сказала, что здесь нужно специальное образование — этим может заниматься любой. Нужны интерес, терпение и терпимость. Работа кропотливая и напоминает работу с детьми. С журавлятами нужно нянчиться, когда они совсем маленькие и очень хрупкие. С ним нужно гулять, кормить и при этом ещё не раздавить, ведь ты весь облачён в капюшон, замаскирован, потому и видно-то не очень хорошо. А представьте, что малыш не хочет есть — ты сидишь с ним и буквально предлагаешь и предлагаешь, пока он наконец не соизволит.30 - vckhfcxckkur nbegxp.JPG Thumbnail0

— У каждого свой характер?
— Конечно! И проявляется он почти с первых дней. Потом они растут, мужают. Кто-то более резвый, другой — тихий, третий — умный и послушный. Мы обычно работали со своими птенцами — по 2-3 птенца на каждого, но иногда замещали друг дружку, поэтому успели познакомиться со всеми.
— Любимчики были?
— Своих, конечно, любишь больше, потому что дольше знаешь и видишь. А вот после объединения птенцов в одну группу, мы возились со всеми. И тут внимания больше тем, кого обижают, о них и печёшься больше. Они либо младше, либо слабее. Обычно, это самочки.

— Наверно, о каждом есть что порассказать. А кем действительно гордишься?
— Моей основной воспитанницей была Лена (стершатам дают имена российских рек). Очень уж у неё своеобразный характер. Первые две недели Лена была очень послушной, как и все малыши, потом начала вредничать. Задача кипера (рабочего по уходу за животными) на прогулке — водить птенца как можно больше, чтобы тот двигался, развивал мышцы. А журавлята не всегда желают ходить: любят застрять в кустах, ковыряться, что-то изучать. Лена отличалась тем, что была очень самостоятельной: если ходила, то в другом направлении, — мол, ты иди за мной, а я за тобой не пойду. Но когда начались полёты, она вдруг оказалась лучшим летуном: быстро научилась, как правильно использовать воздух за дельтапланом, парить. Видно было, что ей очень нравиться летать. У Лены интересная тактика была и в группе: когда мы объединили птенцов, она не была лидером, наоборот, все над ней доминировали. Но не били, потому что она вовремя сбегала. Лена чувствовала, что сейчас ей всыпят, и удирала. Она никого не боялась, просто умела вовремя уйти. Очень дипломатичная особа.15 - ajwtpfcbyden pymqag.JPG Thumbnail0

— И как Лена вела себя в «Полёте надежды»? Как у неё дела сейчас?
— Сейчас стерхов выпустили в Белозёрском заказнике. Нередки случаи, когда птенцы здесь показывают один результат, а в Сибири — в более суровых и экстремальным условиях — тот, кто был лидером, вдруг уходит на задний план. Про Лену я узнала, что она по-прежнему хорошо летает. Конечно, я за неё рада.14 - qichpzzbtgji msacpl.JPG Thumbnail0

— И всё-таки, как же так может переклинить, чтобы взять и отказаться от цивилизации и поселиться в лесу?
— Всех по разному клинит. Я уже изначально человек не городской. Не могу сказать, что была помешана на природе с самого детства, скорее, относилась как к должному, потому что среди этого росла. Видела животных — и диких, и домашних, в отличие от городских детей, которые иногда и домашних-то не знают. Но после пятого класса мне запала идея заняться именно охраной природы. Здесь сыграла наша система образования — нам ввели в школе экологию. Это был первый год, когда её преподавали, и наш класс стал экспериментальным.

— Значит, эксперимент успешный, а вот сама профессия не слишком материально благополучная. Не смущает?
— Я просто живу и работаю. Мне интересно заниматься тем, чем занимаюсь. Не стану скрывать, что попробовала поработать и в другой сфере, где платят побольше. Конечно, деньги мне небезразличны, ведь хочется и вкусно покушать, и попутешествовать по миру. Но работать ради денег у меня не получилось.

— Журавли вряд ли смогут заменить семью. Такой пункт уже есть в планах?
— У природоохранников, конечно, другой менталитет, часто они альтруистического склада, но заменить — нет. Пока я здесь с журавлями, по сути, моя семья и друзья — это коллектив. Была бы возможность завести семью, я бы её завела. Я не списываю отсутствие семьи на работу, причина — личностные качества.
— Личностные качества, наверно, воспитывают в том числе и журавли?
— Журавли интересны для изучения, для наблюдения и, на самом деле, для примера. Они во многом похожи на людей. Именно своим социальным поведением.

— Ну если учесть, что журавли исключительно моногамны, то у них действительно есть чему поучиться.
— Да, журавли не станут заводить пару от безысходности. Нередки случаи, когда самец находится среди самок и никого не выбирает. Был случай, когда самец жил в питомнике даже не со своими сёстрами, а с самками из другого потомства, с одногодками. Факт в том, что у него был выбор. Он никого не выбирал, покуда не появилась дикая самка. Которая его, по сути, дела и увела. Это хорошо, ведь он был предназначен для выпуска, должен был внедряться в природу, а тут у него появилась не только супруга, но и учитель, который ему поможет адаптироваться, найти пищу и бояться людей. Это самое главное. Что-то журавли дают и человеку. Ведь это животина, о которой нужно заботиться, ухаживать. К тому же они большие, агрессивные, с ними нужно аккуратно, чтобы это было безопасно и для тебя и для птиц. И забота и осторожность одновременно конечно культивируют какие-то качества — внимательность, к примеру, быструю реакцию.

— Могу предположить, что воспитание журавлей больше всё-таки женская работа?
— Ну да, скорее женская. Правда, не всегда. Когда журавлики ещё маленькие, они дерутся друг с дружкой, а большие дерутся с нами. Проявляются природные качества, где вольер — это их территория, куда они никого не хотят пускать. Так что в случае, если нужно напрямую идти на контакт с птицей, а она тебя пытается избить, то работа больше мужская, чем женская.

— Ничего, что в коллективе нет ровесников?
— Мне не привыкать. На предыдущей работе я жила на хуторе, летом и волонтёров, и гостей очень много, а на зиму лишь двое сотрудников оставалось, и я их числе. Хутор в пяти километрах от ближайшего посёлка, в 60 километрах от города. Здесь же, надо отметить, весьма многолюдно (смеётся).

— Чувствуешь себя нужной?
— Да. Эта важное чувство, которое может очень долго держать. И наоборот — отпугнуть даже от очень хорошего места, если применения себе не нашёл.
— А счастливой?
— Почти... Хочу стать хорошим специалистом, который знает своё дело. Чтобы никто не смог придраться к качеству моей работы, а я могла ответить на любой вопрос и справиться с любой задачей.

Людмила Рубцова, по материалам информационного агенства "Медарязань"                                         

16 - ykvwnakcywty doucok.JPG Thumbnail0 27 - gglwmxgtnuis xvxrfu.JPG Thumbnail0